Новости Запорожья. Новости политики, общество, криминал

Александр Шкаликов: роуп-джампинг у нас – это арт-акция

335

Не так давно в Запорожье появился стильный, патриотичный и лаконичный мурал «Девочка с птицей». Реализовать этот проект городу помог известный запорожский скульптор, художник, экстремал, альпинист, роуп-джампер Александр Шкаликов.

На встрече «Естетські суботи» в галерее Barannik он рассказал не только об этой работе, но об экстремальных прыжках, альпинизме, восхождениях на Эверест, духовных и физических сторонах творчества, преодолении препятствий, раскрытии потенциала, страхах и ментальности украинцев.          

-Что такое роуп-джампинг в Запорожье, именно то, что делаете вы?

– Мной это направление изначально закладывалось не как спорт, не как бизнес, и даже не как адреналин. Это скорее некая арт-акция, в которой человек с определенным театральным эффектом может посмотреть на себя снаружи.  У нас на арочном мосту постоянно что-то происходит. И это меняет сознание людей. Люди преодолевают свои зажимы и запреты, открываясь творчеству.

Мне кажется, что люди не просто так ходят в горы, ездят на мотоциклах, прыгают с моста – это не только спорт. Таким образом люди часто пытаются заполнить какую-то пустоту. Можно сказать, это творчество, а творчество – это тоже некая сублимация.

-Как вы думаете, почему не каждому человеку удается раскрыть свой творческий потенциал?

– Генетически (из-за пережитых трудностей) в нас – украинцев – было заложено много страхов: от страха голода до страха творчества. Но человек, который преодолел свой страх и не боится творить, он реализовывает свои мечты, желания, видение, музыку легко. При этом судьба тех людей, которые заложили в других этот страх, очень сильно отягощена. Очевидно, что сейчас мы стараемся преодолеть страх творчества, страх высказывать посредством творчества свое мнение, открывая выставки,  делая концерты, встречи – мы открываемся.

-Часто именно страх является причиной накопительства…

– Кстати, да, этот страх голода мы можем проследить и в известной национальной черте, как мне кажется, – украинцы постоянно «хомячат», стараясь набить щеки и карманы. Мы видим это по нашим представителям власти – депутатам, которые постоянно накапливают имущество. Все это «хомячество» заложено на генном уровне; наши бабушки и дедушки пережили голод – страшное время, их настолько давили, что сейчас наше накопительство всплывает как бы компенсацией.

-Прыжки помогают освободиться от страха?

– Да, я знаю, как люди умеют бояться, часто наблюдал за разными видами страха. Очень полезно освободиться от него. Например, занимаясь роуп-джампингом, при прыжке и перед ним человек чувствует, как выделяется адреналин. Кажется, что все это не нужно и ничего здесь такого, но в экстремальных ситуациях человек попадает в другое измерение и там ведет себя не так, как обычно , когда он себя контролирует.  Например, в дзэн-буддизме вывести человека за его рамки – это одна из задач, потому что для того чтобы открыть что-то новое в человеке, нужно, чтобы он не контролировал себя. Когда человек переходит черту страха, у него открываются творческие возможности.

-То есть залогом настоящего творчества можно назвать преодоление препятствия – страха?  

– Уверен, что когда человек избавляется от своих страхов, он может полностью раскрыться. В творчестве человек начинает писать стихи, музицировать, фотографировать как-то необычно, писать картины, танцевать и т.д.

-Что до мурала «Девочка с птицей» на пл. Пушкина,  почему попросили нарисовать именно вас?  

– Так получилось, что просто другими способами в Запорожье нарисовать мурал на 13-этажном здании было физически невозможно, потому что не нашли вышку нужной высоты. Мне повезло, что пригласили меня как альпиниста с необходимым оснащением. В Запорожье была автовышка такой высоты, но в самом начале военных действий на Донбассе она был отправлена в зону АТО.

-Какая там выстота дома?

– Около 50 метров.

-Вы можете эту работу назвать экстремальной для себя?

– Для меня это была экстремальная работа, во-первых, из-за того, что это не лето – холодно, во-вторых, потому что у нас город экстремальный – это открытая крыша, а там наркоманы, бутылки, где-то украли кошелек. Я спускаюсь, а были такие дни, когда со мной никого не было, а веревочка тоненькая в принципе… Неоднократно были ситуации, когда я работал без ассистентов. Плюс добавим к этому дорогие автомобили внизу, на которые может попасть краска и ветер. Кстати, ассистентам, которые появились позже, тоже нужно поставить памятник за их работу.

-Как появилась сама идея нарисовать этот мурал?

– Инициаторам хотелось сделать что-то красивое: жители города выбрали именно этот рисунок Николая Гончарова из Киева, определились с местом и решили рисовать. Мне многие говорят: «Ну это же не твой рисунок, а почему ты взялся его рисовать? В чем там твое творчество?». Я нашел для себя оправдание, что это же самый большой мурал в нашем городе, и я в этом поучаствовал, вложив свою энергию.

-Расскажите о своих прыжках в других городах. Где понравилось прыгать больше всего?

– Прыжки с Ай-Петри запомнились. Этот период был давно, когда этот  вид экстремального спорта не был развит. Мне посчастливилось прыгнуть тогда на веревках с Ай-Петри (1234 метра над уровнем моря). Потом нас нашел какой-то супербизнесмен – не буду говорить его фамилию – он позже захватил весь Крым всякими экстремальными штуками, предложил нам финансирование.

-Что вы реализовали?

-Мы построили две канатные дороги по зубцам Ай-Петри – это был интересный архитектурный и арт- объект. Особенно красиво и сказочно это смотрится в тумане, как человек идет практически по небу от одной скалы к другой. В этом проекте был еще один интересный момент, связанный с религией. Там у одних зубцов Ай-Петри когда-то поставили крест, а у других постоянно стоял красный флаг (украинского флага никогда не было). Все, кто тогда поднимался на Ай-Петри и у них были деньги и желание пройти по этим мостам, они шли к кресту. Это был очень интересный объект. Кстати, в одного из участников этого проекта там попала молния, он выжил, но возможно у него изменилось сознание.

Расскажите о Кавказе и своих подъемах.

– Я прошел три семитысячника, в том числе поднимался на Эльбрус. Знаю, что у многих любителей и альпинистов есть амбиции взойти на Эльбрус. Со мной ходила даже собака. Это была просто бродячая собака, которую я встретил по пути; она, наверное, впервые тогда взошла на Эльбрус.  Дошла, села и подумала «yes! Я сделала это» 🙂

-А зачем туда идти?

-Мне кажется, что есть разные категории людей, у которых есть потребность идти вверх, покорять вершины…  Есть спортсмены, которым интересно движение – сам процесс ходьбы, кого-то интересует творчество, кто-то из амбиций, как я уже сказал. Зачастую смешанные мотивы движут людьми. Я встречал парней, которые хвастали своими восхождениями. В то же время спрашивал у них «и что вы там делали?» (на горе). Один мне ответил: «Я поднялся, отжался там 40 раз!», другой гирю туда занес, кто-то лом или унитаз туда притащил. Кому-то я говорил, что можно иначе к этому вопросу подходить. Например, подняться и остаться там на 12 часов – ощутить движение времени и Земли, а потом спуститься. Я, кстати, долго не мог реализовать идею, чтобы остаться на пару дней – там сложные погодные условия. Но мне таки удалось. Я поднялся на Эльбрус, увидел, как восходит солнце. Хотел остаться там на несколько дней наедине с собой и окружающим, но там была компания, которая собиралась играть в теннис на вершине, чтобы поставить какой-то рекорд. Мне пришлось поучаствовать в этом процессе.

-Какая она – вершина Эльбруса?    

– Эльбрус двухгорбый – там есть восточная и западная вершина. Мне больше нравится восточная сторона, но более амбициозная западная – на нее ходят чаще. Гора очень красивая и разная, она постоянно очень живописно меняется.

-На Кавказе чувствовали какую-то угрозу от местных жителей?

– Был случай, когда мы шли в одно очень красивое место через горное селение и встретили местного мужчину, а на то время там был конфликт с Россией. Он начал нас «допрашивать» по поводу того, зачем мы, православные люди (как он считал), ходили на их гору, что мы здесь делаем и так далее. Мне удалось его убедить в том, что его Бог и наш Бог – одно и то же, и мы ходили на гору пообщаться с нашим общим Богом. Он сказал: «Ты знаешь, я тебе завтра Коран принесу. Подарю».

-оворят, что на высоте перестают действовать общечеловеческие законы взаимопомощи. Это правда?

– Да, все это есть. Довольно редко в экстремальных условиях люди бросаются на помощь ближнему, особенно это касается людей западного мира. На моем опыте было несколько случав, когда человеку экстенно требовалась помощь, но те, кто мог ему помочь, отказались. Мы шли с женщиной, которой стало плохо, нужно было где-то передохнуть и согреться. Постучались в палатку к двум немцам, которые пили кофе. Попросили о помощи: дать согреться нашей спутнице, но они ответили, что уже залезли в спальники, выпили кофе и погасили горелку, а потому не могут пустить нас в свой «домик» согреться.

-А как насчет того, что в горах люди просветляются, очищаются?

-о моему мнению, сейчас на планете Земля абсолютно чистых  мест нет, потому что везде антенны, спутники, радиоволны и так далее. Вот этого баланса белого в человеке и вовне, пожалуй, очень тяжело достичь. Зачастую человек, который идет в горы – он реализовывает свои амбиции. Да и, в конце концов, даже в чистые горы ты приносишь себя таким, какой ты есть.

Ева Миронова